ТЕдинственный простой элемент в заявке американской группы Parker Hannifin за 6,3 млрд фунтов стерлингов на оборонный и аэрокосмический бизнес Meggitt в Ковентри – это премия за поглощение: предложение на 71% выше, чем цена акций на прошлой неделе, считается жирной по любым меркам. Британские инвесторы снова были виноваты в серьезной недооценке промышленной компании FTSE 250. Направление работы Меггитта – тормоза, датчики, клапаны, топливные баки и другие компоненты для коммерческих и военных самолетов – может и не быть гламурным, но сохранится и после нынешних пандемических потрясений.

Сложность заключается в том, что «юридически обязывающие обязательства перед правительством Ее Величества» отстаиваются Паркер из Кливленда, чтобы попытаться легко заключить сделку с британскими политиками. «Юридически обязательный» – это фраза, призванная произвести впечатление. Фактических обязательств нет. Или, скорее, проблема в том, что они длятся недолго.

Только одно обещание – обещание увеличить расходы Meggitt на исследования и разработки в Великобритании на 20% в течение пяти лет – относится к периоду более 12 месяцев. Даже тот имел квалификацию, что он «зависит от нормальных уровней роста и активности, происходящих в аэрокосмической отрасли», что читается как субъективная оговорка.

Другие обещания больше похожи на жесты. Дочерний совет директоров Meggitt, в котором большинство граждан Великобритании? Хорошо, но если доску можно разорвать через год, вы не обязуетесь делать что-то, что нельзя быстро отменить. Обещания о работе относятся только к «значительной» части рабочей силы Великобритании, а не ко всему. И стремление «увеличить как минимум на 10%» количество учеников Meggitt в Великобритании означает увеличение числа таких должностей со 100 до минимум 110 за один год. Да ладно, это не меняет правила игры.

Как оказалось, Паркер может быть лучшим владельцем для Меггитт, чем большинство потенциальных женихов. Он может даже оказаться «ответственным управляющим Меггитта», как выразился сэр Найджел Радд, председатель британской компании. Паркер входит в список Fortune 250 с капиталом в 40 миллиардов долларов, является действующим поставщиком Министерства обороны Великобритании и уже наняла почти столько же людей в Великобритании (2100), что и Меггитт. Если судьба британской компании состоит в том, чтобы попасть в международную компанию, есть места и похуже. По крайней мере, это не очередная заявка на получение прямых инвестиций, о чем заявил сам Том Уильямс, председатель и главный исполнительный директор Parker.

Но если Уильямс хочет продемонстрировать долгосрочную серьезность, он должен добиться большего, чем его текущий список обещаний. По его словам, сейчас начинается диалог с правительством Великобритании, который бизнес-секретарь Кваси Квартенг должен рассматривать как вызов для обеспечения обязательств, которые не испаряются в мгновение ока.

Лишь 5% доходов Meggitt приходится на работу Министерства обороны, и США являются более крупным рынком, но Kwarteng не лишен заемных средств. Meggitt является важным поставщиком Rolls-Royce и BAE Systems, и на этом фоне наблюдается сокращение котируемого оборонного и аэрокосмического секторов Великобритании. Кобхэм уже ушел, а в кадре – Ультра Электроникс и Сеньор. Если Квартенг намерен сделать больше, чем просто вертеть пальцами, это его момент.

Китай важнее для HSBC, чем другие банки

HSBC, который подвергается критике за кажущийся вялым подход к требованиям Пекина, имеет свою позицию в отношении Гонконга и придерживается ее. Соблюдение местных законов – дело непростое, и его сложность «применима к любому глобальному учреждению, охватывающему несколько рынков», – сказал исполнительный директор Ноэль Куинн.

Проблема с этим аргументом в том, что HSBC не совсем похож на любой другой банк, когда дело касается Гонконга. Территория является его крупнейшим источником доходов и прибыли, и авторитарный режим в Пекине играет большую роль в жизни HSBC, чем, скажем, для Citigroup.

Таким образом, HSBC следует подготовиться к таким дням, как понедельник, когда сильные показатели прибыли не вызвали никакой реакции на цену акций, которая по-прежнему упорно находится ниже балансовой стоимости. Густой туман геополитики лежит над HSBC, и его будет нелегко рассеять.

Ценник Afterpay высок по любым показателям

Феномен «покупай сейчас – плати позже», очевидно, никуда не денется, но 29 миллиардов долларов – это адская сумма для Square, финтех-подразделения Джека Дорси, чтобы раскошелиться на покупку Afterpay, австралийского конкурента Кларны и других. У Afterpay 16 миллионов пользователей, так что цена на одного покупателя составляет 1800 долларов.

Возможно, это неправильный взгляд на вещи, потому что продавцы, а не потребители, платят Afterpay комиссию. Даже в этом случае метрика для каждого клиента не совсем не важна. Неудивительно, что Square платит за свои акции по высокой цене. Попытка профинансировать эту сделку наличными может мгновенно убить ажиотаж.

By admin

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *